Люди моря и люди бетона

Люди моря и люди бетона

Где та грань в ремонте лодки, когда нужно с криком: «Да в гробу я всё это видел!» ( ну или что-то другое в меру своей интеллигентности и жизненного опыта ) — спустить лодку на воду и уйти в закат?

Кто может сказать, что момент, когда ты уже почти забыл, как закручивать шкот на лебёдку, а гаечными ключами и кисточками манипулируешь с ловкостью фокусника в цирке?


Люди моря никогда не поймут людей бетона
Веталь
Изрёк Веталь, удобно расположившись в кокпите своей аккуратненькой лодочки сразу после спуска на воду.

Я угрюмо посмотрел на свои шорты, родной цвет которых с трудом читался под слоями стеклопластиковой пыли, машинного масла и четырех видов красок…

И ничего не смог возразить.

Да и что можно возразить человеку, который плавно покачивается на волнах и, лениво достав баночку холодного пива из холодильника, неторопливо водит пальцем по планшету, выбирая, в какую тихую бухту он сегодня отправится.

Вот вот, совершенно нечего.
Ведь в то время, когда он будет расслабленно плавать голышём в тёплом Средиземном море и любоваться закатом с запотевшим стаканом мохито в руках, я буду, уставший до дрожи в ногах, заползать по вертикальной трехметровой шаткой лестнице в яхту, которая изнутри больше похожа на отсек подводной лодки после прямого попадания небольшой ядерной бомбы.

— Сволочь, ты, Веталь…- словно мантру повторяю я, и пытаюсь найти ногой опору, находясь в положении «Раз» упражнения на брусьях, поскольку трап в салон разобран, а вместо двигателя под ним только мрачная, попахивающая соляркой, пустота.- Редкая сволочь.

Почему в моих злоключениях виноват Веталь, рациональному объяснению не поддаётся. Винить себя совсем не хочется, да и не позитивно это.

Немного фото из моего инстаграма для полноты ощущений и продолжим:

Нога находит опору, теперь аккуратно разминуться с весёленьким новым дизелем бодрого голубого цвета, вольготно расположившийся на пайолах, не наступить на притаившийся в тени винт и не поворачиваться к нержавещему валу спиной, чтобы ненароком не лишиться девственности.

Теперь нужно куда-то приткнуть тяжеленный чемодан с инструментом. Кроме как на моей шконке он находиться отказывается. Рано или поздно, он всё равно оказывается на ней.

Дальше уже просто. Пару болгарок, шлифмашинок — маски, беруши, перчатки, кисточки, шурупы… что там снаружи плещется? Море? Черт… черт… черт… вырвало шланг из колонки. Очень хочется забить на всё и лечь спать. Но если к утру моя лодка и не всплывёт со стапеля, то денег утечет в трубу немеряно. Вода то платная.

И всё начинается сначала…

Человек привыкает ко всему. К тому, что ему в лодку заглядывает половина населения Каша и толпы туристов, поскольку лодка стоит прямо на уровне тротуара. Привыкает к въедливой жёлтой пыли, которая проникает даже в задраенную лодку. Зимой сошёл большой сель и дороги до сих пор заполнены затвердевшей коричневой массой. С неё ветер сносит волнистые слои пыли.

Привыкает к альпинистким трюкам начального уровня, хотя раньше даже закрутить лампочку, стоя на табуретке, приравнивалось к средней тяжести экстрима.

Башкирская рыба с турецким пивом
Башкирская рыба с турецким пивом

Даже находит свои маленькие радости. Ну, например пиво с башкирской рыбой.

Покупает раскладные стулья и столы, чтобы сидеть в тени лодки. Стирает бельё в машинке о конструкции которой уже забыли наши мамы. Обживается, в общем.

День уходит за днём.

Необрастайка закуплена и так хочется нанести последние штрихи перед спуском на воду… но, спуск откладывается и откладывается на неопределённое время. Кто там что-то говорил про «маньяна»? Цивилизованный турецкий ответ: «Next week». Когда я его слышу, то закипаю, как двухэтажный турецкий чайник.

Пляж

На пляж нельзя ходить принципиально. И не из за того, что далеко. «Хард» и пляж находятся в противоположных концах не фига не маленькой марины.

А нельзя туда ходить по причине, что пляж в Кашмарине это место, где сконцентрирована лень, нега и расслабленность всего дистрикта Анталия.

Когда я попал сюда в первый раз, после нескольких суток оффшора, то лёг на мягкий диван и понял, что я хочу здесь жить.

Хочу приходить на пляж рано утром, когда солнце только выползло из-за гор и ещё не похожe на сварочную дугу размером в пол неба. Немного поплавать и прилечь в тени большого зонтика с айпэдом. Задумчиво ткнуть в иконку Букмейта и выбрать себе, что-нибудь из Мураками, или какую-то бестолковую книжку о засланцах в будущее. Это не важно. Поскольку примерно через полчасика тебя всё равно сморит сон.

В общем, нельзя ходить на пляж, когда у тебя прорва работы на лодке.

Людей бетона легко вычислисть среди обитателей марины.

Нормальные люди моря неспешно идут нагруженные продуктами из супермаркета или, помахивая пляжными сумками, движутся к мягким диванам и зонтикам. В ресторанах сидят одетые в отвратительно белоснежные шорты белые люди, ну в смысле люди моря.

Люди бетона передвигаются стремительно. В обычный маршрут никогда не попадают рестораны и пляжи, только яхтенные и ремонтные магазины. Единственное место, где пересекаются эти две цивилизации — это супермаркет. Люди   бетона тоже люди, они покупают воду и сигареты, изредка пиво. Что они едят, остаётся загадкой для остального человечества.

Последние штрихи перед спуском
Последние штрихи перед спуском

В супермаркете людей бетона часто пускают без очереди. Некоторые из сочуствия и дурных воспоминаний, но большая часть из боязни испачкаться.

Только люди бетона могут ходить в сорокоградусную жару в пуленепробиваемом костюме маляра от 3М, вызывающе щеголяя синей от необрастайки щетиной.

И только они способны везти на велосипеде восемь трехлитровых банок с краской, прорву кисточек, валиков, герметиков и прочей дорогостоящей утвари, не имея при этом третей руки, а только крепкие, хотя и не в комплекте, зубы.

Долгожители бетона всегда помогут своим коллегам, даже если их об этом не просят. Иногда можно видеть картину, когда один джентельмен гоняет другого джентельмена по «харду», бросая в него пустые банки и используя непарламетские выражения. Не обращайте внимание, это такой стиль общения. Жара и неизвестные химические соединения в красках делают своё дело.

Но всё когда-нибудь заканчивается

И люди бетона, как бабочка из кокона, превращаются в людей моря. И вот уже счастливый человек, слегка почесывая плохо отмытые синие разводы на теле, немного пошатываясь от непривычной качки, идет на пляж, неся в руках (какое кощунство) полотенце и ласты.

И с сочуствием ( но не без тени злорадства ) смотрит на бывшего коллегу в маске, который что-то рисует болгаркой на днище пожилого Халберг Расси.

Удачи, коллега! И да пребудет с тобой сила стапеля и нерушимость бетона!